Над бюджетниками готовят очередной эксперимент

Пенсионная реформа не закончилась. Она только начинается. И коль скоро ГПП введут для чиновников, то следующими неизбежно станут бюджетники…

На закрытой встрече замминистра финансов Алексея Моисеева с экспертами он заявил, что «более чем на треть обеспечить привлечение к гарантированному пенсионному плану можно за счёт госслужащих». Однако крайне сложно представить, что федеральные чиновники в едином порыве начнут подавать заявления пенсионному оператору, страстно желая исполнить наказ государства и примкнуть к мутной системе ГПП.

Минфин захотел поменять систему пенсий чиновников

Гарантированный пенсионный план (ГПП) — это предлагаемый правительством новый способ добровольно копить на пенсию. По сути, это аналог прежней накопительной системы. Разница в том, что существовавший до 2014 года механизм предусматривал обязательный платёж — на накопительный счет гражданина поступала часть уплаченных его работодателем страховых взносов (6% от зарплаты работника). В ГПП откладывать дополнительные деньги — личный выбор каждого. И это ключевое обстоятельство никак не вяжется с посылом замглавы Минфина относительно госслужащих.

Законопроект о ГПП был вынесен на суд общественности в конце октября. В документе сказано, что уже в 2021 году Минфин рассчитывает привлечь около 1 млн участников со средней ставкой взноса 2% от зарплаты с постепенным ростом показателей в последующие годы. Но экспертное сообщество усомнилось, что у нового продукта есть шансы на успех. Он, по словам аналитиков, во многом дублирует сис тему негосударственного пенсионного обеспечения (НПО). Кроме того, гипотетически им могут заинтересоваться лишь граждане с зарплатой от 140 тысяч рублей.

«Важно понять, что ГПП ориентирован на людей с достаточно высоким уровнем доходов. На тех, кто способен откладывать деньги на «черный день, а не только тратить на текущие нужды, — поясняет профессор Финансового университета при правительстве РФ Александр Сафонов. — Но основная масса населения, включая госслужащих низшего и среднего звена, работников федеральных служб, имеет зарплату в пределах средней по стране. Этих денег явно недостаточно, чтобы откладывать на будущую пенсию».

Кроме того, отмечает эксперт, государственным гражданским служащим (общей численностью примерно 730 тысяч человек) назначается отдельная пенсионная выплата. На неё, а не на общую страховую, они и ориентируются в первую очередь. А ГПП для них вообще избыточен.

Мотивы Минфина понятны: завлечь в «сети» своего нового продукта как можно больше людей, с тем, чтобы они отдавали государству как можно больше денег. Госчиновники кажутся для этого подходящей «нишей». Но едва ли этот посыл сработает. Все, кто мог и хотел, уже успели связать себя с программами по добровольному пенсионному страхованию. После того, как в 2014 году накопительная часть пенсии была заморожена, оставшиеся энтузиасты, действуя на свой страх и риск, продолжали самостоятельно откладывать на старость, но уже без помощи государства.

Можно ли сейчас совершить переворот в сознании этих людей? Минфину, скорее, надо думать о том, как вернуть доброе имя пенсионной системе, к которой у россиян, переживших уже не одну пенсионную реформу и окончательно добитых законом о повышении пенсионного возраста, не осталось ни капли доверия. Народ хорошо усвоил: долгосрочные вложения — дело заведомо гиблое.

Вот и Федерация независимых профсоюзов России считает, что в реальности государство не может гарантировать сохранность накоплений в рамках ГПП. «В новом законопроекте заявлен принцип добровольности участия граждан в формировании гарантированного пенсионного продукта. Если принцип добровольности отвечает позиции ФНПР, то о гарантиях сохранности пенсионных накоплений при нынешней неустойчивой финансовой системе, вопреки афоризму Великого комбинатора, говорить пока преждевременно», — заявил секретарь ФНПР Игорь Шанин.

С другой стороны, может быть это не столь уж бесполезная идея: опробовать новшество на чиновниках. Раз представители именно этого слоя выступают с подобной идеей, пусть на собственной шкуре и испытают ее последствия.

Источник: «Московский комсомолец»