Мягко стелят, да жестко спать…

Чем чаще власти говорят о том, что девальвация рубля не предвидится, тем меньше им веры. Похоже, что-то они нам опять готовят…

Рубль в последнее время довольно неожиданно стал предметом острых дискуссий среди чиновников и экспертов. При этом в России о нём самом и о его перспективах большинство высказывалось без оптимизма, в то время как за рубежом российскую валюту называли и называют чуть ли не самой перспективной.

Одним из первых СМИ, выступивших с позитивными прогнозами относительно рубля, стало агентство Bloomberg («Почему Bloomberg ставит на рубль?»), никогда не отличавшееся лояльностью к российскому руководству, за исключением финансово-экономического блока правительства.

Судя по всему, исходя как раз из этого глава Минпромторга Денис Мантуров на этой неделе решил в развёрнутом интервью корреспондентам Bloomberg весьма откровенно поговорить о том, что дала России последняя мягкая девальвация рубля.

Мягкой её назвали в Bloomberg, для россиян же она не стала шоком только потому, что случилась во время ещё первой волны коронавируса. С тех пор мало что изменилось, хотя ко второй волне COVID-19 рубль тоже подошёл явно не в лучших кондициях. Он преодолел, и уже, кажется, окончательно, психологически важный курсовой рубеж 90 к евро.

Это ничуть не убавило у зарубежных аналитиков оптимизма относительно перспектив российской валюты, и они с явным удовлетворением тиражируют высказывания российского министра в пользу слабого рубля.

Российская пресса от министра промышленности и торговли ничего подобного не услышала, пришлось перепечатывать из Bloomberg. По его же оценке, рубль, ощутимо упавший по курсу, выгоден прежде всего для тех компаний, которые не зависят от импорта.

Сколько таких на сегодня в России, сказать непросто, но явно не так много, как, наверное, хотелось бы господину Мантурову. И явно меньше, чем было при первой глобальной девальвации рубля после дефолта в 1998 году.

Тогда ставка на слабый рубль сработала совсем неплохо, правда, в сочетании с целым рядом более жёстких мер. Начиная с расшивки неплатежей и кончая ужесточением валютно-экспортного контроля.

Тем не менее, Денис Мантуров, как и аналитики Bloomberg, тоже готов излучать оптимизм. Он не сомневается, что падение курса рубля переориентирует предприятия на внутренний рынок.

Напрочь забывая о том, что колоссальная доля ныне действующий предприятий в России – это либо отвёрточные сборки компонентов, поступающих из-за рубежа, или же заводы и фабрики, работающие на зарубежном сырье.

И как они должны переориентироваться, большой вопрос.

Банально, зато правда

Банальные заблуждения почти всегда приходится опровергать столь же банальными аргументами. Однако это не отменяет необходимости того, чтобы эти аргументы звучали так же регулярно, как и небесспорные заявления чиновников.

Итак, цитируем из Мантурова: ослабление рубля выгодно российским экспортёрам – производителям удобрений, золотодобывающим и металлургическим компаниям. И даже уточнение есть: «их доналоговая прибыль вырастет на 10-20 процентов».

О нефтяниках и газовиках министр просто забыл, и, быть может, обоснованно: они же отыгрываются за потери из-за снижения нефтяных и вследствие этого газовых цен, как раз на внутреннем рынке. И у нас в России растут цены на бензин, в то время как по всему миру снижаются.

Министр не стал акцентировать внимание на том, что слабый рубль — к выгоде для тех, у кого минимальные долги в валюте и большая доля рублёвых затрат. Это за него сделали журналисты. Но и они не обратили внимания на то, что таких компаний в России отнюдь не большинство, и у них сейчас тоже серьёзные проблемы с падением спроса.

Министр не скрывал своей радости за те компании, которые не находятся в сильной зависимости от импорта. Они, по его словам, «сейчас в выгодной позиции». Конкретно господин Мантуров никого не назвал, да и вряд ли бы смог: такие предприятия давно уже не в лидерах российского рынка, и они отнюдь не стараются держаться на виду.

Лимит банального оптимизма министра на этом не был исчерпан. Он решил выразить надежду на то, что «пик позади», а заодно и отметить, что «восстановление во многих отраслях было очень быстрым». Со своей стороны хотелось бы напомнить министру, что тут наверняка сработал эффект низкой базы: похоже, просто падать было почти что некуда.

А цены будут снова расти

Параллельно с рассуждениями о российском рубле, которые были слишком уж похожи на санкционированный экспромт, министр Мантуров решил напомнить нашим коллегам, что в экономике РФ летом наблюдалось восстановление после отмены некоторых санитарных мер, введенных ранее из-за нового коронавируса.

О второй волне в этом контексте чиновник предпочёл умолчать, зато сделал свой прогноз по сокращению промышленного производства в России. В материалах агентства Bloomberg сообщается, что, по оценкам министра, оно по итогам года может составить 4,5%.

У кого-то всегда есть основания считать за благо, что снижение курса рубля позволяет занять более удачные конкурентные позиции. Но до бесконечности сидеть на игле девальвации не позволяет слишком много факторов.

И среди них такие, как резко выросшие расходы на туризм, а также невозможность прикупить валюты на чёрный день, далеко не на первом месте. Куда опаснее сейчас перспектива практически неизбежной инфляции. И её не притормозит даже сильно упавший потребительский спрос

Всё дело в том, что российский рынок буквально переполнен товарами либо просто импортными, либо с солидным вкладом импортного сырья или комплектующих в себестоимости. Как только кончатся запасы из старых закупок на складах, жди неизбежного роста цен.

На росте цен обязательно скажутся и игры бензиновых королей. Отыгравшись на нас с вами, они не только покрыли потери на экспорте, но и дополнительно стимулировали падение рубля, чтобы выиграть ещё и на налогах.

Нам же остаётся лишь помнить, что транспортная составляющая в России – это далеко не самая малая составляющая в итоговой цене того или иного товара. И компенсировать её за счёт снижения уровня оплаты персонала вряд ли удастся.

Есть и ещё одна важнейшая тонкость, на которую не всегда обращают внимания, выступая за слабый рубль. Это только кажется, что снижение курса национальной валюты развяжет руки тому же Центробанку для того, чтобы напечатать ещё рублей и поддержать высокую ликвидность.

С ликвидностью и при дешёвом рубле останутся огромные проблемы. К тому же из-за низкого и к тому же регулярно снижающегося резкими скачками курса рубля у нас не в силах прижиться и низкий кредитный процент. Банки попросту страхуются от падения курса, завышая разницу в ставках, по которым они дают кому-нибудь деньги или же принимают вклады.